|
Елена ХАЕЦКАЯ Виктор БЕНЬКОВСКИЙ АТАУЛЬФ Памяти Славы Хаецкого КНИГА ПЕРВАЯ АТАУЛЬФ Крещеный люд Молится в церкви, Языческий люд Почитает капища, Горит огонь, Родит земля, Младенец мать кличет, И мать сына нянчит, Огни разводят, Плывут корабли, Блестят щиты И светит солнце... Растет сосна, Сокол летает день-деньской, И крылья ему вешний ветер держит. Небо круглится, Селятся люди, Ветер гонит Все воды к морю И люди хлеб сеют. "Сага о Греттире" (399 год н.э.) У Ильдихо, дедушкиной наложницы, вчера корчага с тестом треснула и тесто ушло. Дедушка Рагнарис говорит: это оттого, что мир к упадку кло- нится. Вот ужо настанет зима и будет длиться три года и все прахом пой- дет, а после и вовсе сгинет. А тын в селе так ведь и не поставили. И не поставим ведь. Да и зачем тын, коли все прахом пойдет... Вот и Хродомер о том же бубнит. Он, Хродомер, хоть и скудоумием изну- рен, а все же старейшина и знает, что говорит, коли дедушке вторит. ..................................................................... .................................... А на прошлой седмице вдруг гроза ночью разразилась, хоть и зима сто- ит. Когда гром загрохотал, мы все проснулись. Дедушка сказал, что это волк Фенрир цепью гремит за краем человечьего мира. А отец мой Тарасмунд сказал: нет, это гроза. И мы все вышли на двор - грозу смотреть. Дивная то была гроза и страшная. Я думаю, что если даже доживу до дедушкиных лет, все равно ее не позабуду. И брат мой Гизульф говорит то же самое. В черном небе вспыхивали молнии, и снег под ними сверкал. Дедушка го- ворил, что это дочери Вотана теряют волосы. А отец мой Тарасмунд говорил - нет, это Бог Единый гневается. Сванхильда, наша сестра, не вышла с нами на двор. Она боялась. Она всегда грозы боится и уши зажимает. В ту ночь мы долго не могли заснуть. Наша мать Гизела развела огонь в очаге. Мы собрались вокруг очага. Дедушка стал рассказывать истории о былом времени. Дедушка часто о былом времени рассказывает. Наш дедушка Рагнарис много знает интересного и поучительного. Я люблю слушать дедуш- ку. Но в эту ночь я почти не слушал дедушку. Я слушал, как сердится на небе Бог Единый. Я вдруг увидел, как мал наш дом под небом, где сердится Бог Единый и где теряют волосы дочери Вотана. И я стал потихоньку про- сить Бога Единого, чтобы всегда мы могли собираться у очага всей семьей и слушать дедушкины рассказы. И еще я знал, что это невозможно. А из глубины дома на нас смотрели деревянные дедушкины боги. ЧАСТЬ ПЕРВАЯ НАШЕ СЕЛО НАШ РОД Когда дедушка распекает нас с братом, он много говорит о величии на- шего рода. Велик и могуч наш род и доблестью овеян. Хоть и оказались мы волей судьбы вдали от наших славных сородичей, но честь нашего рода должны нести высоко. Ибо пращуры наши шагали бок о бок со славнейшими Амалунгами и родни- лись с ними. Так дедушка говорит, нас с братом хворостиной охаживая. Моего дедушку зовут Рагнарис. Он молится богам Вотану, Доннару и Бальдру. Дедушкины боги стоят дома. Дедушка Рагнарис - язычник. Так объяснял нам отец. И еще наш отец говорит, что это нехорошо. Когда-то у дедушки была жена, наша бабушка. Нашу бабушку звали Мидьо. Семь зим назад бабушка умерла. Дедушка взял наложницу. Ее зовут Ильдихо. Я почти не помню бабушку Мидьо, но моя мать говорит, что бабушка во всем слушала дедушку. Ильдихо совсем другая. Ильдихо часто перечит де- душке. Когда Ильдихо дерзит, дедушка бьет Ильдихо, а она визжит. Моего отца зовут Тарасмунд. Мою мать зовут Гизела. Они веруют в Бога Единого. У меня есть два брата и три сестры. Был еще младший братец, но он умер от чумы. Старшего брата зовут Ахма. Мой брат Ахма - дурачок. Отец отдавал его было добрым пастырям, но те возвернули Ахму назад. Дедушка Рагнарис говорит, что в прежние времена так делали: отдавали богам всех больных детей, чтобы не ели хлеб здоровых. Брался он, Рагнарис, Ахму-дурачка, в капище отвести и богам предать. Но отец наш Тарасмунд, доселе кроткий и всегда послушный отцу своему, волком набросился на деда, обороняя убогое потомство свое. А мать наша, Гизела, говорит, что хоть тогда Тарасмунд и не верил еще в Бога Единого и Доброго Сына Его, но уже в то время был мягок сердцем и к справедливости склонен. Моего второго брата зовут Гизульф. Гизульф старше меня на две зимы, а Ахма - на четыре. Я третий из сыновей Тарасмунда. Меня называют Атаульф. Моих сестер зовут Сванхильда, Галесвинта и Хильдегунда. Хильдегунда из сестер самая старшая. Хильдегунда не живет с нами. Она живет со своим мужем в его доме в десяти днях пути. Муж Хильдегунды Велемуд - не такой, как мы. Он не гот и пращуры его с Амалунгами не роднились. Он - вандал. Дедушка считает, что Велемуд нику- дышный человек. У Велемуда и Хильдегунды есть сын. Его назвали Филимер. Дедушка Раг- нарис говорит, что имя плохое. Велемуд из большого рода, но я не знаю его родичей, хотя Велемуд ими шумно гордится. У дедушки Рагнариса, кроме моего отца Тарасмунда, есть еще два сына. Одного зовут дядя Агигульф. Другого зовут Ульф. Жену Ульфа зовут Гото. Сына Ульфа и Гото зовут Вульфила. У Ульфа один глаз. Другой глаз ему выбили герулы. Ульф - великий во- ин. Ульф не живет с нами. Он и его жена с сыном живут в рабстве. Дядя Агигульф почитает дедушкиных богов. Мне он люб больше других ро- дичей. Дядя Агигульф - тоже великий воин, как и Ульф. Когда Теодобад, наш военный вождь, отправляется в поход, дядя Аги- гульф идет с ним. Раньше у меня был еще один дядя. Звали его Храмнезинд. Ильдихо гово- рит, что дедушка Рагнарис прижил его в бурге с рабыней, которую прежний наш военный вождь Аларих отпустил на волю. Дядя Храмнезинд был такой же храбрый, как дядя Агигульф. Храмнезинд в бурге рос, у нас дома про него и не знали. А потом как-то раз дедушка поехал в бург и привез к нам дядю Храмнезинда. Как-то раз дядя Агигульф вернулся из похода, но войнолюбивость свою не избыл. И предложил он дяде Храмнезинду вдвоем отправиться к герулам и увести у них коней. Ибо Теодобад в том году больше в поход не пойдет. Они пошли за конями. У герулов в это время гостевал один лангобард, по имени Лиутпранд. У него большой живот. Лиутпранд - великий герой. Никто не может перед ним устоять. Так сам Лиутпранд говорит. И угнали коней дядя Агигульф и дядя Храмнезинд. И погнались за ними герулы. И отстали герулы на границе наших земель. А Лиутпранд не отстал. И в полудне пути от нашего села догнал Лиутп- ранд героев. И была битва великая между Лиутпрандом и сыновьями Рагнари- са. И стонала земля, и солнце затмилось пылью, и кони кричали. И срубил Лиутпранд голову дяде Храмнезинду. И покатилась голова... После того долго бились еще Лиутпранд и дядя Агигульф. И полюбились они друг другу, ибо в лихости сравнялись. И решили не враждовать больше. Лиутпранд сказал, что не вернется к герулам. Дядя Агигульф его к нам пригласил. Лиутпранд смущался, но дядя Агигульф его уговорил. Дядя Аги- гульф кого хочешь уговорит. Голову привезли домой в кожаном мешке. И коней герульских пригнали. И сказал Лиутпранд: вот вергельд за Храмнезинда. (О том они еще раньше до- говорились с дядей Агигульфом). Но дедушка все равно не хотел мириться с Лиутпрандом и все горевал по Храмнезинду, а Лиутпранда хотел убить. И ругал дядю Агигульфа за то, что тот не хочет убить Лиутпранда. Дедушка Рагнарис тогда только-только взял себе наложницу Ильдихо. И ценил он Ильдихо, ибо была она для него в новинку. Зная об этом, дядя Агигульф придумал хитрость. И друг дяди Агигульфа - Валамир - помогал ему в этом. Валамир зазвал Ильдихо и стал ей расска- зывать, что был он, Валамир, в походе и видел в одном герульском селе, на одной толстой герульской бабе, дивную гривну золотую с рубинами. И коли окажет Ильдихо одну услугу Агигульфу, другу валамирову, то берутся они, Валамир с Агигульфом, голову той толстой герульской бабе срубить и дивную гривну золотую для Ильдихо добыть. А Ильдихо - она жадная. Ильдихо согласилась помочь Агигульфу. Собрали в селе тинг по просьбе дяди Агигульфа. И пришла на этот тинг Ильдихо. И Лиупранд прилюдно пролез у нее между ног, а Ильдихо объявила его своим сыном, рожденным от Рагнариса. А дядя Агигульф назвал Лиутп- ранда своим братом. Хоть и ярился дедушка Рагнарис, а пришлось ему с Лиутпрандом поми- риться. Но потом Лиутпранд дедушке полюбился. А дедушка Лиутпранду еще прежде того полюбился. Дедушка Ильдихо прибил за самоуправство. А коней в бурге за хорошую цену продал. Лиутпранд часто говаривал - да так, что на весь двор слыхать - что много он, Лиутпранд, по свету бродил и везде видел одно и то же: плохо люди живут, благочиние древнее не блюдут, нигде строгости нет. Только у Рагнариса эту строгость обрел, наконец, Лиутпранд. О том же зычно ревел на все село Лиутпранд с самого начала, как в на- ше село пришел и поселился еще не в нашем доме, а в доме Валамира. Тако- ва была военная хитрость Лиутпранда. Ибо слышал его рев дедушка Рагна- рис. Этой хитрости научил Лиутпранда дядя Агигульф, который хорошо знает дедушку Рагнариса и все, что дедушке Рагнарису любо. Дядя Агигульф научил еще Лиутпранда бранить старейшину Хродомера. И это тоже любо было дедушке Рагнарису. Лиутпранд не то чтобы прямо бранил Хродомера. Он сравнивал дела Хродомера с делами Рагнариса. И всегда, ес- ли Лиутпранда послушать, так выходило, что у Рагнариса лучше получается, чем у Хродомера. Дедушка Рагнарис говорит, что лангобарды - страшный и свирепый народ. И что почетно родство это. А еще дедушка говорит, что и без Ильдихо бы принял Лиутпранда. Но это он сейчас говорит, а тогда убить Лиутпранда хотел. А дядя Агигульф с Валамиром вспоминают иногда, как учили Лиутпранда у валамирова раба, старого дядьки, между ног пролезать (этот раб одного роста с Ильдихо). Богат телом Лиутпранд; вот и боялись Агигульф с Вала- миром, что нарушит он обряд и уронит Ильдихо, пока под ногами у нее во- рочаться будет. И терпеливо учился Лиутпранд, а валамиров раб зубами скрипел и ворчал, пока толстый лангобард должного умения и проворства не достиг. Лиутпранд большой, дородный и шумный. С ним было весело. Потом Лиутп- ранд поехал в бург и прослышал там, что вандальский вождь Эрзарих большой поход затевает. Тогда сел Лиутпранд на своего коня и ушел к ван- далам. Сказал, что богатую добычу привезет. И привез. Дедушке же еще большее почтение оказывал, чем прежде. Жаловался, что везде, куда ни приедешь, порядка нет - сердце болит. Потом Лиутпранд снова уезжал, но после возвращался. А однажды ушел в поход и не вернулся, хотя уже несколько зим прошло. Когда Лиутпранд в последний раз уходил, моя сестра Галесвинта плака- ла. Дедушка тоже горевал. МОЙ ДЕДУШКА Мой дедушка Рагнарис - глава семьи. Он самый старший. У него длинные волосы, длинные усы и длинная борода. Он очень храбрый. В бурге он руга- ет нашего военного вождя Теодобада. В селе он ругает всех, но больше других - старейшину Хродомера. В доме он ругает свою наложницу Ильдихо и моих сестер, Сванхильду и Галесвинту, а когда выпьет - то отца моего Та- расмунда и дядю Агигульфа, если он не в походе. Когда мои сестры Сванхильда и Галесвинта проходят мимо дедушки, а де- душка в хорошем настроении, он ловко щиплет их и грозит разметать коня- ми, если они визжат. Дедушка Рагнарис так шутит. Когда мы все садимся за стол, дедушка Рагнарис запускает руку в котел и выбирает оттуда кусок мяса побольше, потому что он старший. Иногда он кладет мясо мне. Я его любимец, когда дяди Агигульфа нет дома. Когда же дядя Агигульф дома, то он - любимец дедушки. Дедушка часто говорит, что дядя Агигульф - любимец богов. Дедушке Рагнарису сказали об этом его боги. Дедушка очень храбрый. Однажды, когда мой отец Тарасмунд был в похо- де, и дядя Агигульф был в походе, только в другом, и дядя Храмнезинд с ним ушел, а Ульф был в плену у герулов, к нашему дому приблизились доб- рые пастыри. Дедушка схватил свой большой щит и большую палку и бил пал- кой по умбону. Моя мать Гизела плакала. Она хотела дать добрым пастырям еды, но дедушка не позволил. Дедушка терпеть не может добрых пастырей.... Скачать Атаульф [Елена Хаецкая] |
| Прелдагаем купить Nokia N73, ведь Nokia N73 - лучший телефон. |