Андрэ НОРТОН

ЗДЕСЬ ОБИТАЮТ ЧУДОВИЩА




1

Пылающий красный шар солнца поднимался над верхушками низких
деревьев: день обещал быть жарким.
Ник надеялся, что успеет добраться до леса прежде, чем начнет
припекать по-настоящему. Конечно, он собирался выехать пораньше, но всегда
же найдется какая-нибудь причина...
Ник сердито смотрел вперед на дорогу сквозь стекло шлема.
Ну почему всегда существуют чьи-то планы, в которые его желания не
вписываются?
Неужели Марго действительно все делает так, чтобы все намерения Ника
никогда не выполнялись? Одно время он так и думал, однако она настолько
логично и убедительно доказывала, почему та или иная его идея абсурдна,
что отец всегда с ней соглашался.
По крайней мере, ей не удалось испортить Нику этот уик-энд. Возможно,
потому, что у отца были свои планы - или, скорее всего, у нее. Пройдет год
- только один год! - и Марго сможет говорить все, что угодно. Ник ее не
услышит: его здесь не будет! В тот день, когда он уедет, для него и
начнется настоящая жизнь. Он с удовольствием предвкушал этот день.
Отец... Ник поспешно отогнал эту мысль. Отец... он выбрал Марго, ему
нравится ее спокойная рассудительность.
Ну и ладно, вот пусть и живет с ней и ее рассудительностью! А Ник не
останется с ними ни одной лишней минуты.
Деревья по сторонам стали выше и росли ближе друг к другу. Однако
дорога под колесами мотоцикла была ровной и чистой, и можно было как
следует разогнаться. После поворота к озеру уже не очень-то разгонишься,
но в любом случае к полудню он доберется до коттеджа.
Постепенно Ник забывал то, что осталось позади, предвкушая то, что
его ждет. Уик-энд - а это был большой уик-энд, с пятницы до понедельника -
принадлежал ему одному. Марго не любила домик у озера. "И как это она до
сих пор не уговорила отца его продать?" - подумал Ник.
Возможно, ей просто все равно; она владеет столь многим так же, как
владеет отцом. Хмурый взгляд Ника еще больше потемнел, черные брови
сошлись на переносице, губы крепко сжались. Это сердитое выражение теперь
никогда полностью не сходило с его лица, слишком часто за последние три
года оно появлялось.
Ник управлял мотоциклом, как его предки когда-то правили лошадью -
слившись с ревущей машиной в единое целое. На нем круглый шлем, а также
футболка, уже порядком запорошенная пылью, старые застиранные джинсы и
ботинки. В крепко-накрепко привязанных сумках лежала прочая его одежда и
еда - в летнем домике есть еще консервы, а кое-что он купит по пути. Бак
залит доверху, и четыре дня он будет свободен - будет самим собой! Ником
Шоу, а не сыном Дугласа Шоу, не пасынком Марго (хотя, конечно, об этих
родственных отношениях почти никогда не говорили). Ник Шоу собственной
персоной, сам по себе и в одиночестве.
Дорога, извиваясь, шла под уклон. Ник миновал несколько редких
домиков и остановился возле магазина у подножия холма.
Кока-кола отлично подойдет, и у Хэма Ходжеса она всегда ледяная.
Хлеб, сыр - списка Ник не составлял, просто надо было купить то, что
не пострадает на ухабах. Он громко протопал ботинками по крыльцу и
потянулся к дверной ручке. За затянутой металлической сеткой дверью нечто
черное открыло пасть и зашипело почти неслышно, но явно угрожающе.
Ник сдернул с головы шлем.
- Руфес, я не пришелец с Марса, - сказал он огромному коту.
Немигающие голубые глаза по-прежнему неотрывно смотрели на него, но
пасть закрылась.
- Руф, ну-ка отойди от двери. Сколько раз тебе говорить: будешь там
сидеть - на тебя однажды наступят.
Ник рассмеялся.
- Кто, Хэм? Посетитель, который приходит за покупками, или тот,
который уходит, потому что ты огорошил его непомерными ценами?
Кот с надменным видом чуть посторонился, позволяя Нику пройти.
- Ник Шоу! - Из-за прилавка ему навстречу вышел довольно молодой
человек. - Твои приехали на уик-энд?
Ник покачал головой.
- Я один.
- Жаль, что твой отец не смог: Ларри Грин видел в заливчике
здоровенных рыбех. Час назад мы с ним говорили, он как раз и сказал, что
мистер Шоу обязательно должен приехать на рыбалку. Он уже так давно здесь
не был.
Хэм старался быть тактичным, но это не слишком ему удавалось. Ник
переступил с ноги на ногу. Имени Марго здесь не упоминали, но всегда о ней
помнили, как и он, когда говорили о его отце. Раньше, до нее, отец любил
это озеро - летом и осенью проводил здесь каждую свободную минуту. А
теперь как долго еще он сохранит за собой домик?
- Да, - ответил Ник ровным голосом, что далось ему с трудом. - Ты же
знаешь, Хэм, он очень занят.
- Полагаю, ты сам-то не за наживкой пожаловал?
Ник вымученно улыбнулся.
- Ты меня знаешь. Я так же люблю рыбалку, как Руфес - собак. А надо
мне чего-нибудь поесть - что можно везти на мотоцикле и не разбить.
Найдется ли немного знаменитого хлеба Эми?
- Посмотрим. Думаю, кой-какая выпечка найдется...
Ходжес скрылся в заднем помещении магазина, а Ник прошелся, выбирая
себе остальное. Ветчина из холодильника, сыр. Уж сколько лет он заходит
сюда и давно знает, где что лежит.
Руфес опять улегся и занял свой пост у двери. Огромный котище, но не
толстый. Даже наоборот, довольно тощий, несмотря на все те полные мисочки,
которые он дочиста вылизывает каждый день. Статью он в сиамского отца, а
масти был обыкновенной - черной.
- Как нынче охота, Руфес? - спросил Ник, вернувшись к прилавку.
Одно ухо дрогнуло, но сам кот даже не шелохнулся. Он смотрел на улицу
с таким напряженным вниманием, что Ник тоже пошел поглядеть. Должно быть,
там птица или даже змея. Но он ничего не увидел.
Это не означало, что там ничего нет. У кошек иное зрение, чем у
людей, они видят гораздо больше. На дороге вполне могло что-то быть, для
человеческого зрения невидимое...
"Интересно, - подумал Ник, - сколько правды в тех книжках, в которых
пишут о различных формах существования? Например, в той, где говорится,
что в нашем мире, возможно, существуют и иные формы жизни, не видимые для
нас так же, как мы не видимы для них?"
Не очень-то приятная мысль. Здесь хлопот не оберешься и с тем, что ты
можешь видеть.
- Что там такое, Руфес? Летающая тарелка?
Кот был настолько поглощен наблюдением, что Ник даже слегка
забеспокоился.
Руфес вдруг широко зевнул и потянулся - что бы там ни было, оно ушло.
Ник вернулся к прилавку. На нем лежала раскрытая книга; он поднял ее
и прочел название: "Нас посещают пришельцы", некоего Кила. Рядом лежала
другая: "Снова об "этих штуках" Сандерсона. Эту книгу он читал по
настоятельному совету Хэма. У Хэма Ходжеса была целая библиотека подобной
литературы, начиная с "Описания таинственных происшествий" Чарлза Форта.
Книги эти действительно поражали воображение, а Хэму было чему удивляться
- после того, что произошло с его двоюродным братом на Короткой Дороге.
- Достал тебе целую буханку белого хлеба с изюмом и пяток булочек, -
объявил Хэм, возвращаясь. - Эми сказала, что булочки надо подогреть. Они
вчерашние.
- Хоть двухнедельные - все равно хороши, если пекла их она. Мне
повезло, что она может дать так много за день до того, как печь новые.
- К нам должны были приехать люди, но не приехали, и осталось слишком
много хлеба. - Хэм поставил пластиковый пакет с хлебом и булочками на
прилавок рядом с Ником. - Странное дело. Этот парень позвонил в прошлую
пятницу - ровно неделю назад. Сказал, что он из Института Хэденгайма и что
они собирают материал о Короткой Дороге. Хотел сюда приехать и
порасспросить людей о Тэде и Бене... - Хэм помолчал. - Подумать только -
сколько уже времени прошло с тех пор, как они исчезли. По крайней мере,
это отпугнуло народ и некоторое время на дорогу никто не совался. Но
теперь кто-то снял на лето дом Вилсона, а туда сейчас одна дорога - по
Короткой. Поэтому опять начинают ездить. В общем, тот парень сказал, что
занимается исследованиями, и спросил, где он сможет остановиться. У нас
есть домик, и мы сказали, что поселим его. Но только он так и не появился
и не позвонил.
- Как давно пропал твой двоюродный брат, Хэм?
- Двадцать четвертого июля тысяча девятьсот пятьдесят пятого года.
Ну, ты же сам с родителями был в то лето на озере. Я помню, твой отец
участвовал в поисках. А я как раз вернулся тогда из Кореи, только-только
из армии. Уж мы тут все прочесывали... Тэд был хорошим парнем и всю округу
знал как свои пять пальцев. Бен тоже был не дурак, он подружился с Тэдом
на флоте и приехал половить рыбу. Они просто исчезли, как и все остальные
- Колдуэлл с женой и двумя детьми в сорок шестом, а до них - Латимер и
Джонсон. Я специально все это посмотрел. Достал свою записную книжку на
днях и прочитал, чтобы ответить на любой вопрос, который вздумается задать
этому парню из института. И знаешь, с тех пор, как в газетах впервые об
этом написали, на Короткой Дороге исчезло около тридцати человек. Они
здесь пропадали еще даже до того, как была проложена дорога. Что-то вроде
Бермудского Треугольника. Только не так часто, чтобы люди всерьез
забеспокоились: все успевает забыться. И все-таки зря они там снова начали
ездить. Джим Сэмюелс пытался их отговорить - не то чтобы они рассмеялись
ему в лицо, но, думаю, решили, что это просто местные глупые предрассудки.
- Но если другого пути к дому Вилсона нет... - Ник знал легенду о
Короткой Дороге, но мог понять и приезжих.
- Да, тут уж поневоле поедешь. Никто не станет прокладывать новую
дорогу к нескольким летним домикам только потому, что о той, которая уже
есть, ходят странные слухи. Знаешь, вот этот писатель, - Хэм постучал
ногтем по обложке, - рассказывает кой-какие чрезвычайно занятные вещи. А
вот этот, - он указал на книгу "Снова об _э_т_и_х _ш_т_у_к_а_х_", -
утверждает, например, что мы думаем, будто знаем о нашем мире все, будто
уже все исследовано. Но это не так, есть еще масса неизведанного - горы,
на которые никто не забирался, земли, в которых цивилизованный человек не
бывал.
- "Здесь обитают чудовища", - процитировал Ник.
- Это что такое? - Хэм поднял на него глаза.
- У отца есть настоящая старинная карта, которую он купил в Лондоне в
прошлом году, - он вставил ее в рамку и повесил на стену у себя в конторе.
На ней изображены Англия и часть Европы, а по нашу сторону океана только
какие-то значки и драконы или морские змеи и написано: "Здесь обитают
чудовища". Неизвестные земли в те времена люди населяли тем, что, по их
мнению, могло там водиться.
- Ну, мы действительно многого не знаем, и люди в большинстве своем и
не желают знать больше того, что находится прямо у них перед глазами.
Указываешь им на то, что выходит за рамки их обычных представлений, и они
говорят, что тебе все это мерещится. Но мы-то знаем о Короткой Дороге и о
том, что там происходит.
- А что, по-твоему, там происходит на самом деле? - Ник сделал глоток
из бутылки с кока-колой.
- Вот есть Бермудский Треугольник, только Сандерсон пишет, что это не
"треугольник", а нечто гораздо большее. Что проводились какие-то опыты и
было обнаружено, что это только одно из десяти подобных мест в мире.
Самолеты, корабли со всем экипажем то и дело там пропадают - и никаких
следов. Однажды исчезло целое звено самолетов ВМС и посланный на их поиски
гидроплан. Может, это как-то связано с магнитными силами в таких точках. А
Сандерсон предполагает, что происходит прорыв в другой
пространственно-временной континуум. Возможно, у нас здесь один из таких
треугольников. Ужасно жаль, что этот парень из института не приехал. Уж
пора бы начать какие-то серьезные научные исследования. К тому же...
С улицы донесся отчаянный собачий лай. Руфес, выгнув спину и распушив
хвост, издал ответный угрожающий вой. Хэм обернулся.
- Что за черт? - Он направился к двери. Руфес прижал уши, его
голубые, сиамские глаза превратились в две узенькие щелки, он исступленно
шипел и время от времени издавал глухое ворчание.
Совершенно очевидно, что на того, кто лаял снаружи, это не произвело
никакого впечатления.
У магазина стоял "Джип", за рулем сидела девушка. Выйти она не могла,
удерживая заливающегося лаем разъяренного пекинеса [пекинес - пекинская
собака, порода маленьких, коренастых комнатно-декоративных собак черной,
белой или бурой масти], который бешено вырывался, не сводя выпученных глаз
с Руфеса.
Девушка увидела сквозь забранную сеткой дверь Хэма и выглядывающего
из-за его плеча Ника.
- Пожалуйста, - попросила она со смехом, - не уберете ли вы своего
воителя? Я хочу выйти, но не могу выпустить Ланг Сина!
- Извините. - Хэм подхватил Руфеса, ловко избегая когтей, которые
огромный кот выпустил, готовясь к бою. - Не обессудь, Руф, ты на время
отправишься в кладовку.
Он ушел, унося брыкающегося и утробно завывающего кота, и Ник открыл
девушке дверь. Она по-прежнему не спускала с рук пекинеса, который
замолчал, едва только враг вынужденно отступил.
- Он маловат, чтобы сражаться с Руфесом, - заметил Ник. - Руф один
раз махнул бы своей лапищей - и все.
Девушка нахмурилась.
- Напрасно вы так в этом уверены! Пекинесов когда-то называли
собаки-драконы, собаки-львы - они охраняли дворцы. Для своего роста они
одни из самых храбрых животных в мире. Ну, тихо, Ланг, ты своего добился.
Мы все знаем, Драконово Сердце, что ты очень-очень храбрый пес.
Пекинес лизнул ее в щеку и затем огляделся с царственным видом,
словно теперь, когда враг покинул поле битвы, это были его владения.
- Чем могу служить? - вернулся Хэм, облизывая палец, который,
очевидно, успел-таки зацепить когтем изгнанный Руфес.
- Мне нужно, чтобы вы объяснили, как проехать, и еще мне нужно пару
ящиков кока-колы и... - Держа Ланг Синга одной рукой, поскольку он больше
не вырывался, девушка порылась в висевшей через плечо большой сумке. -
Вот, - сказала она с облегчением. - Думала, он в третий раз провалился в
самый низ и опять придется все вытряхивать.
Теперь в руке у нее был список.
- Если только я разберу почерк Джейн. Ей следует писать печатными
буквами, тогда хоть можно будет догадаться. Правильно, два ящика
кока-колы, один оранжада, один пепси. И она говорила, у вас будут дыни...
Ой, я же забыла сказать, я Линда Дюран, и мне все это нужно для Джейн
Риджвелл - она поселилась у Вилсона. Она обещала позвонить вам и сделать
заказ.
Хэм кивнул.
- Да, так и было - я все приготовил. Мы быстро погрузим... - Он
взглянул на Ника, который с готовностью снова отошел от прилавка.
Ник с удовольствием поможет Хэму - хотя особенно торопиться не стоит.
Линда была почти одного роста с Ником. Нынче много высоких девушек.
Ее длинные волосы, прихваченные ярко-красной тесьмой, ложились на плечи
темными, почти черными прядями. Кожа у нее была белая-белая. Если она и
загорала когда-нибудь вообще, то этим летом на пляже еще явно не бывала.
Джинсы на ней были такого же красного цвета, что и тесьма в волосах, а на
легкой блузке без рукавов прыгали вверх и вниз белые и голубые дельфины.
Темные очки болтались у нее на груди на красном шнурке, на ногах были
одеты плетеные туфли.
Обычно Ник не рассматривал столь подробно девичьи одежки, но наряд
Линды так ей шел, что она казалась сошедшей с картинки.
Он положил на плечо одну из указанных Хэмом дынь, взял вторую под
мышку и понес к "Джипу". Хэм укладывал ящики с кока-колой.
- Подожди, я принесу мешки, - сказал он. - Если будет трясти, дыни
побьются.
Линда Дюран вышла вслед за ними.
- Мне что, предстоит трястись на ухабах? Вам придется объяснить мне,
как проехать, а то Джейн рассказала как-то путано.
Ник вдруг впервые осознал, что она собирается ехать по Короткой
Дороге. Он бросил взгляд на Хэма, который с невозмутимым видом занимался
своим делом. После всего, что Хэм только что рассказал, посылать приезжего
человека, да еще девушку, по Короткой... С другой стороны, если иного пути
туда нет... Но на душе у Ника стало неспокойно. Вот еще что - он тоже
может ехать этой дорогой. Если подумать, так даже ближе до его
собственного домика. И с тех пор, как Тэд с Беном пропали, прошла уже
целая вечность. На небе светит солнце, да и эти Риджвеллы, должно быть,
сто раз проезжали по дороге с тех пор, как там поселились. Так какой смысл
бояться чудовищ, которых нет?
- Послушайте, - проговорил Ник, когда Хэм снова подошел с мешками и
газетами и вновь принялся укладывать груз, - я направляюсь в ту же
сторону. Дорога там плохая, и ползти придется еле-еле, но если вы готовы
ехать с моей скоростью, - он кивнул на мотоцикл, - то я вас провожу. Меня
зовут Ник, Николас Шоу - вот мистер Ходжес меня знает. Мои родители купили
домик на озере уже очень давно.
Линда посмотрела на него долгим изучающим взглядом. Затем кивнула и
улыбнулась.
- Отлично. Я поняла со слов Джейн, что дорога скверная и что я ее к
тому же могу не заметить. Я очень рада, что вы поедете со мной.
Хэм смял оставшиеся газеты и распихал их в машине для устойчивости
грузов, а Ник собрал свои собственные покупки, уложил в мешок и привязал
поверх сумок.
Из кладовой донеслись возмущенные вопли, и пекинес залился
пронзительным лаем.
Линда надела темные очки и села за руль.
- Ты там смотри, - тихо сказал Хэм, - у меня какое-то странное
чувство...
- Что нам остается, если она едет к дому Вилсона, - ответил Ник.
Заводя мотоцикл, он думал: какая же опасность может подстерегать
путника на Короткой Дороге? Ни один из тех людей, что с ней повстречались,
не вернулся, чтобы рассказать об увиденном. Нет уж, нечего давать волю
воображению. А не то за каждым деревом будет мерещиться летающая тарелка
или еще что-нибудь в этом духе. Он махнул Линде и тронулся с места, она
кивнула и двинулась следом. Примерно через полмили они свернули с шоссе, и
Ник сбавил скорость, аккуратно объезжая ямы и выбоины.
Он ездил здесь множество раз и помнил каждую колдобину, но сильные
дожди на прошлой неделе размыли дорогу еще больше, а Ник не имел ровно
никакого желания собирать рассыпавшуюся из-за неосторожности поклажу.
Полторы мили до Короткой Дороги. Из года в год проезжая мимо, он
всякий раз смотрел на заросший высокой травой поворот, от которого


 1  2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23